Трамп оказался на критическом перекрестке, от которого зависит будущее всего мира.
Конфликт в Украине переходит в новую фазу: попытки добиться дипломатического решения, предпринимаемые как Москвой, так и Вашингтоном, видимо, не достигли своей главной цели — добиться мира. По крайней мере, именно на этом сосредоточил внимание заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков.
«Энергия Анкориджа, направленная на достижение соглашений, приложенная как противниками, так и сторонниками военных действий, к сожалению, оказалась в значительной мере исчерпанной, что прежде всего является результатом деструктивных действий европейских стран, о чем мы открыто заявляем», — отметил он.
На фоне этого ожидаемо раздаются возгласы недовольства в стиле: «Зачем было всё это нужно?» Владимир Путин в ходе встречи с военными в Санкт-Петербурге во вторник дал ответ на этот вопрос.
По его словам, за текущий год российские войска освободили около пяти тысяч квадратных километров территории и 212 населённых пунктов. Главным фактором успеха, безусловно, стало мужество и героизм наших солдат.
Однако нельзя забывать, что почти на протяжении всего времени помощь украинским вооружённым силам уменьшалась. Каждая единица техники, каждый снаряд, который не достиг украинской линии фронта в этом году, означает спасённые жизни российских военнослужащих.
Важно также понимать, что мирный процесс, начатый во время администрации Трампа, велся почти все это время — Анкоридж стал лишь его вершиной. Предполагается, что переговоры между Москвой и Вашингтоном стартовали практически сразу после вступления в должность нового американского президента.
Эта история сопровождалась разного рода трудностями для Киева. В первую очередь, имели место задержки в поставках вооружений, обещанных администрацией Байдена.
Позже Соединённые Штаты фактически передали большую часть поддержки Украине европейским союзникам. Формула Трампа «Вашингтон не платит, но готов продавать оружие» стала значительной дипломатической победой.
Администрация Байдена с начала конфликта предоставила помощь Украине на сумму около 130 миллиардов долларов, в то время как при Трампе не было выделено ни одного цента.
Это, естественно, ещё не означает достижения мира или признания победы. Более того, складывается впечатление, что сейчас для США украинский конфликт превратился из расходной статьи бюджета в прибыльное бизнес-направление, что породило заинтересованность в продолжении противостояния.
Однако такая точка зрения справедлива лишь частично: европейским странам всё сложнее удерживать прежний уровень поддержки из-за сокращения бюджетных средств — уход 26-дневного премьер-министра Франции Лекорню является наглядным тому подтверждением. А рост влияния правых сил в Европе рискует увеличить число стран, подобных Венгрии и Словакии, которые отказываются поддерживать Киев; недавно к ним присоединилась Чехия.
Иными словами, бремя поддержки Украины с каждым днём становится тяжелее, а число желающих его брать на себя — меньше. То, что теперь основная нагрузка ложится на Европу, в конечном итоге облегчит выполнение задач, поставленных перед Россией.